↑
Следует задать вопрос: что может предложить взамен эта новая структура? У КПРФ, при всех её недостатках, есть фракция в Государственной Думе, региональные отделения в каждом субъекте федерации, многолетний опыт работы с избирателем. У объединившихся в «Трудовую Россию» организаций нет ни одного депутата федерального уровня, нет ресурсов для проведения общероссийской кампании, нет кадровой базы, сопоставимой с кадровой базой КПРФ. Это не субъективная оценка, а объективное положение дел. При таких условиях любая попытка создать альтернативную левую партию неизбежно ведёт не к усилению левого фланга, а к распылению того самого протестного электората, который мог бы консолидироваться вокруг КПРФ. Даже если организаторы новой партии руководствуются самыми искренними побуждениями, объективный результат их деятельности будет прямо противоположен заявленным целям. В политике, особенно в условиях жёсткого административного давления на оппозицию, результаты важнее деклараций.
Отсюда вытекает та дилемма, которую невозможно снять ссылками на многолетние усилия или «критическую поддержку». Если организаторы «Трудовой России» действительно не понимают, что создание параллельных левых структур в сегодняшней ситуации работает только на ослабление единственной реальной оппозиционной партии, то это свидетельствует о политической близорукости, граничащей с некомпетентностью. Но если они это понимают — а их многолетний опыт в движении не позволяет предположить обратное, — то их действия следует квалифицировать как сознательное нанесение ущерба интересам рабочего класса. Нельзя одновременно утверждать, что борешься за власть трудящихся, и собственными руками ослаблять силу, которая реально противостоит антинародной политике. Нельзя годами строить альянс «за исключением КПРФ», а затем возмущаться обвинениями в раскольничестве.
Попытка оправдаться тем, что ОКП неоднократно оказывала «критическую поддержку» КПРФ на выборах, не выдерживает критики. Такая поддержка есть не более чем способ сохранить собственную субъектность в ущерб общему делу. Настоящая поддержка в условиях, когда против КПРФ работает вся государственная машина, заключается не в дистанцированной критике, а в том, чтобы войти в партию, принять на себя ответственность и изнутри исправлять то, что кажется недостаточно последовательным.
Именно здесь мы выходим к единственно возможному выводу. Да, КПРФ сегодня — не идеальная организация. В ней присутствуют и бюрократизм, и инерция, и кадровые проблемы. Но это единственная левая сила, обладающая массовой поддержкой, парламентским мандатом и организационной структурой, способной выдерживать давление режима. Если человек называет себя коммунистом и его цель — не удовлетворение личных амбиций, а реальная защита интересов трудящихся, у него есть только один путь: вступать в КПРФ и работать над её улучшением изнутри. Критика партии извне, вне её рядов, есть иллюзия борьбы. Партия — это инструмент, и любой инструмент требует настройки, которая возможна лишь при условии, что вы находитесь внутри механизма. Реальная работа над ошибками, неизбежное наличие которых никто не отрицает, возможна только в рамках партийной работы.
Времена, когда можно было оставаться в стороне, наблюдая со стороны, или создавать маленькие кружки «истинных» борцов, прошли. Система, пришедшая от диктатуры одной партии к диктатуре другой, не оставляет пространства для политического туризма. Те, кто сегодня тратит время и ресурсы на создание альтернативных левых структур вне КПРФ, должны отдавать себе отчёт: объективно они работают на ослабление единственной силы, которая реально противостоит режиму. И какими бы искренними ни были их субъективные намерения, объективные последствия их деятельности квалифицируются однозначно — как раскольничество и предательство интересов рабочего класса.
↓